Вход на сайт / Регистрация RSS Контакты
Дискуссионный клуб » Когда на самом деле следовало отмечать столетие государства? Часть 2
24.02.2019 / Комментарии 0

Когда на самом деле следовало отмечать столетие государства? Часть 2

 


Каждый человек имеет своё представление об истории своей Родины, исходя из собственных понятий о справедливости, меры информированности, способности логически рассуждать и сопоставлять, сопротивляться мнению авторитетов. В жизни далеко не каждого человека наступает момент, когда любовь к Родине и боль за неё заставляет задуматься об истоках и составить собственное мнение о её истории, написанной или существующей только в памяти поколений.

Предлагаемый материал непрофессионального автора – попытка собрать воедино разрозненные сведения, и хорошо известные, и аккуратно невыпячиваемые, и старательно умалчиваемые о первых годах существования независимого латвийского государства, возникшего на обломках только что разрушенной в результате Первой мировой войны Российской империи. Материал, полностью основанный на открытых источниках. Материал несовершенный, субъективный, пропущенный через личное преломление, но ознакомиться с ним, несомненно, любопытно.

Ввиду того, что всё, что касается истории, неизбежно трогает самые дорогие струны души каждого человека, каждого патриота, мы помещаем этот материал в Дискуссионный клуб. Это самое подходящее место для дискуссий. И мы будем рады, если дискуссия состоится, мы будем рады опубликовать другие мнения о том же периоде истории нашей страны.


 

(Окончание)

 А тем временем немцы готовятся взять инициативу в свои руки, для чего в Латвию из Финляндии прибывает лютый генерал граф Ридигер фон дер Гольц (Rüdiger Graf von der Goltz), назначенный командующим 6-м немецким (резервным) оккупационным корпусом и по совместительству генерал-губернатором Либавы.

 21 февраля 1919 года в Либаву приходят первые из восьми пароходов, набитые немецкими «добровольцами», которые в качестве отдельной «железной дивизии» добавились к 1-й гвардейской запасной дивизии, насчитывающей 32 тысячи человек. Этот аналог современной ЧВК получит название Добровольческого корпуса генерала фон дер Гольца и будет задействован в последующем наступлении на Ригу.

Генерал Балодис и английский генерал Берт. Фото 1923 года, Лиепая.

 Разумеется, предстоящий реванш немецкой армии над большевиками уже предчувствовали в Лондоне, и дабы не упустить момент, успеть усадить уже завербованное, «самое что ни на есть законное» правительство Ульманиса в Риге, настал момент притащить эту компанию бомжующих по Европе «министров Латвии» на раздачу халявных каштанов в Ригу.

Неизвестно, какие аргументы привели англичане Карлису, но жутко испуганный он явно против своей воли прибывает из Дании во всё еще оккупированную немцами Либаву, где его тут же прячут в доме «не совсем простого» английского майора А. Кинэна. Немцы – бывшие уже хозяева этого блошиного цирка, поняв, что их нагло кинули англичане, начинают искать способ организации «цветной революции» местного масштаба, с феерическим свержением «кровавого тирана» и обманщика Ульманиса. И вот, первый такой майдан банально не состоялся...

 Сначала благодаря чуткой работе английской разведки провалилась очень малоизвестная попытка вооружённого свержения Ульманиса – силами местных немецких баронов. Тогда, по задумке немцев, новое законное правительство «балтийской монархии» должен был возглавить бывший лифляндский ландмаршал фон Стрик. Осуществление технической стороны заговора было поручено офицеру германской разведки Штоку. Однако 18 февраля, по наводке англичан, при прохождении таможенного досмотра в Либаве, в багаже фон Стрика, «случайно» обнаружили замаскированный пакет с подробными инструкциями и приказами по организации мятежа. Путч провалился, но... не совсем... Идеи майдана живут и побеждают!

 16 апреля 1919 года, случился так называемый «государственный переворот». Напомню, что дело происходит в Либаве (Лиепае), забитой немецкой армией, которая прибывает морем, под видом немецких «добровольцев». В оккупированном немцами городе, имеются представительства иностранных миссии наблюдателей из Франции, США и Англии (Антанты), которые явно закрывают глаза на предстоящую бойню и «добровольность немецких ополченцев» в упор не замечают, поскольку преследуют общую военно-политическую цель, руками немцев, отбросить фронт большевиков, занявших уже практически всю Латвию.

 И вот, представляете, посреди оккупированного немцами города, имеется небольшое здание правительства Латвии (так называемый штаб Болштейна), где должно было заседать созданное немцами, карманное правительство Ульманиса. Сам он, как я уже упоминал, сменив хозяина, все это время безвылазно жил в доме представителя английской миссии А. Кинэна, в той же Либаве (позднее город зачем-то будут называть Лиепая) и на улицу нос не показывал.

 И вот немцы делают простенький ход конём... В добровольческом контингенте, распространяют слух, что сатрап и обманщик Ульманис, дескать, позорно дал обратку, и не собирается выделять обещанное немецким ополченцам гражданство Лэттланда и 30 могренов земли на брата (проделки А. Виннига от 29 декабря 1918 года – помните?). Ну и соответственно, возмущенные мужики, прибывшие на восточные рубежи великого фатерленда (а никаких «исторических земель, населенных латышами» в Германии того времени, просто не знали), проливать кровь за единую и неделимую немецкую родину, собравшись и весьма немногочисленной толпой, направились к «дому правительства Латвии». С ходу разоружили грозные латвийские войска, охранявшие здание штаба Болштейна. Поорали, постреляли по окнам и разошлись. Даже на несколько часов, для вида, арестовали пару «министров» Латвии.

 Всё! «Цветная революция» удалась, формально Ульманис с его шарагой был низложен бунтующим народом. Ура, товарищи!

 Через 10 дней – разумеется, немцами – провозглашается... только не ржите! – очередное «общепризнанное правительство». В оккупированной немцами и англичанами Либаве оккупационными властями Германии провозглашается очередное «правительство» под руководством законченного лопуха, лютеранского пастора Андриевса Ниедры. На сей раз очередная оккупационная администрация получает название Временное правительство Латвии (ВПЛ). Всё это время на отбитых Ландесвером территориях продолжались массовые расстрелы местного населения, проводимые без суда и следствия. Замечу, что «правительство» Ниедры, так же как и правительство Ульманиса, никак не влияло на кровожадные аппетиты своих хозяев – к примеру, после массовых расстрелов в Инчукалнсе на своем заседании от 16 июня 1919 года предприняло своеобразную попытку «протестовать» против массовых расправ над местным населением.

 Хотите посмеяться? Ниедра «протестовал» следующим образом: попросил у немцев, чтобы впредь самовольные расправы официально назывались «смертной казнью», а состав карателей был пополнен латышами с юридическим образованием. Вот так... хоть стой, хоть падай. Но тиран, конечно же, только — Сталин...

Тут необходимо обратить ваше внимание на то, что, несмотря на всю ту ахинею, что насочиняли придворные «историки» Латвиджи, про так называемый «государственный переворот», все это время, между всеми участниками междусобойчика, шёл активный торг. Американцы, очень взволнованные тем, что немцы и англичане в итоге в пух и прах переругаются из-за того, чьё правительство легитимнее, и в конце концов, сорвут им предстоящее общее наступление «антибольшевистских сил» на Петроград, и отчаянно притормаживали взаимные выпады сторон.

 Глава американской миссии в Либаве Грин всё это время пытался уладить все разногласия «правительств» и доигрался до того, что на совместном заседании 30 апреля 1919 г. Ульманис был совершенно не против половину своего кабинета пополнить из числа немецких баронов правительства Ниедры и образовать «компромиссное правительство».

 Ну и самое главное, то, что позже «местные историки» почему-то назовут «освободительной войной» (Latvijas atbrīvošanas karš), как вы понимаете, будет неудавшийся попытка военного похода на Петроград и еще одним пропагандистским враньем ульманисовской и современной Латвиджы. И в этом свете маленькая и гордая Латвия, якобы эффектно изгнавшая со своей земли большевизм, из страны-жертвы превращается в агрессивное недогосударство, с плацдарма которой велась подготовка к масштабной интервенции в Советскую Россию. Давайте называть вещи своими именами...

 Так или иначе, под давлением политической игры и ультиматумов, затеянной англичанами, уже в июле, очередное пронемецкое руководство пастора Ниедры в полном составе «уйдёт в отставку». Об этом я расскажу чуть позже.

 Ах да, совсем забыл! Нужно же упомянуть и про фальшивых «Латышских» военачальников, с которыми упоротые аборигены носятся уже 27 лет, как со списанной торбой. Многие, наверное, видели в Риге памятник великому латышскому вояке Оскару Калпаку на улице Элизабетес, напротив дома 49. Я боюсь сейчас многих опять расстроить, но я никогда не понимал, зачем ставить памятник человеку, который в Латвийской армии, никогда не служил, мало того, даже участвовал в походе на Ригу в составе немецкого ландсвера.

 Про него я позволю себе немного рассказать. Прибыв в январе из России, где он учился и воевал в Первую мировую, молодой полковник, отправляется прямиком, на службу... к немцам под командование Фон Гольца. Да Карл! Именно про это, тебе «не рассказывали» патриотично настроенные историки Латвиджы. Мало того, скажу, что жизнь его почти сразу, трагически оборвалась 3 марта, на третий день знаменательного похода на Ригу, по иронии судьбы – от рук его же собственных немецких хозяев. А произошло это так: в сумерках батальон немецкой «железной дивизии» под командованием гауптмана Борха, услышав у окопов вражескую латышскую речь, открыл «слепой» огонь, совершенно случайно отправив 37-летнего немецкого полковника Калпака на Либавское северное кладбище. Не знаю, зачем к его памятнику водят патриотичных малолетних лопухов, но в латвийской армии, он не служил ни одного дня и никаким героем не является. Мало того, он нарушил присягу и стал обычным карателем.

Итак, раз уж речь зашла о делах военных продолжим с истории похода на Ригу.

 

О. Калпак (третий слева) в окружении местных коллаборационистов,
наряженных в немецкую форму. Белые ленты полицаев на рукавах были уже тогда. 

И как вы думаете, кто занял место командующего батальоном безвременно почившего Калпака? Как бы это ни показалось странно, но командование принял немецкий офицер резерва, заботливо притащенный немцами из числа пленных русских солдат (он попал в плен в чине капитана РИА в 1915 году, проработал на немцев три года, а в ноябре 1918 года его привезли в качестве той самой немецкой перемоги). Так вот – новым командующим стал полковник-лейтенант Янис Петрович Балодис. Да, блин, тот самый... Удивлены? Когда это он уже успел ловко и незаметно стать «латышским»? Я расскажу чуть позже. Добавлю лишь, что немецкое наступление на Ригу со стороны Юрмалы осуществляла бригада этого же Я. Балодиса. Там же, присягнув немцам, послушно тёрлись и такие же будущие «хэрои Латвии», как Я. Апинис и Й. Земитан. К концу апреля, фронт стал подходить к столице Латвии и англичане начинают шевелиться, дабы опять успеть посадить на трон в Риге своего человека.

 Итак, 1 мая англичане на лодке переправляют Ульманиса на пароход «Саратов», где этого скользкого типа стали опекать три высокопоставленных чина из Лондона. Это был дипломат Херберт Уотсон, уже нам знакомый «специальный представитель Её Величества» майор Альфред Кинэн, а также глава британской миссии полковник сэр Стифен Таллентс. Всего военно-политическая миссия Англии насчитывала более 40 человек, силами которых усиленно готовилась очередная бойня и последующий военный поход на Петроград. Отдельно напомню читателю, что еще в январе 1919 года, в Либаве, со «специальной миссией» появился легендарный капитан британского флота Бойс, который стал с этого времени главным организатором подрывной деятельности английской разведки против Советской России. Вскоре в полном составе с аналогичными задачами прибыла и французская миссия.

 Ну вот и середина текста. Вы дочитали до этого места, вам ничего это не напоминает из дня сегодняшнего? Да, именно... Те же объединенные военные силы просвещенной Европы (на этот раз они называются НАТО), накачивание оружием региона, снова военная риторика, «плохая и агрессивная Россия», потешное карманное правительство не управляющее вообще ничем, набранное из каких-то подзаборных фриков, ресурсно-экономический истребленная территория санитарного кордона, плохо вооружённые, немногочисленные и ненадежные игрушечные «армии» местных аборигенов (без подчинения своим национальным правительствам и штабам) и... для полной полноты исторических параллелей, не хватает только массовых бунтов населения. Однако учитывая, что половина граждан страны с 2004 года организовано покидает эту проклятую территорию, можно сказать что негативные исторические аспекты такого расклада они частично учли.

Конец марта 1919 года... Теперь, как вы понимаете, в деле о «правительствах», после того как англичане из-под носа увели Ульманиса – ход был за немцами. Начавшееся 1 марта общее наступление на большевиков через три недели продвижения фронта, по приказу фон Гольца, вдруг... внезапно остановилось всего в нескольких километрах от Риги. В стане иностранных миссии началась истерика – все требовали от немцев немедленного развития успеха и взятия советской Риги. Но генерал Гольц взял драматургическую паузу. Вскоре по настоянию своих англо-американских хозяев Ульманис и Ниедра в качестве «ходоков» посетили штаб немецкого генерала фон Гольца и приволокли с собой ходатайство о немедленном взятии Риги, после чего пошла череда переговоров.

 Антанта, держащая немцев на крючке морской блокады, в итоге обменяла «взятие Риги», на снятие всех блокадных ограничении в снабжении немецких войск морем, после чего Гольц дал приказ на продолжение наступления на Ригу. В это же самое время, польские части отбивают исконно польский город Вильно (ныне это Вильнюс), и грезя урвать и свой кусок пирога, развивают наступление на Двинск (ныне почему-то зовётся Даугавпилс), желая занять свои исторические земли – бывшие польские Инфлянты (Латгалию). С севера в направлении Крустпилса рвались и бело-эстонские части. Разумеется, наступление со всех сторон таким растянутым фронтом в конце концов сломило сопротивление красных латышских стрелков, численность которых конечно не могла сравниться с «объединенными силами», и они были вынуждены отступать к границе Советской России. Окружённые с трёх сторон, помощь и снабжение они могли получить только от Советской России, но... в России в это время было навалом своих проблем оперативного характера, и аналогичные наступательные операции, инспирированные англичанами, сжирали все свободные ресурсы. В общем, красным латышским стрелкам ничего не оставалось, как организованно отступить в Россию и отправиться отбивать нападения щедро финансируемой и снабжаемой американцами и англичанами продажной белогвардейской швали на южный фронт (на Украину).

 Все это время продолжалась нешуточная грызня по поводу никого не представляющих и незаконных правительств Ульманиса-Ниедры, и дипломатические усилия американской миссии постепенно сошли на нет. Началась пора конкретных ультиматумов... 4 мая вся эта компания светочей прогрессивного западного сообщества направила в Берлин ультимативное требование с просьбой немедленного смещения генерала Гольца с поста командующего, но... была вежливо послана Берлином на три буквы с просьбой впредь не вмешиваться во внутренние дела великой Германии.

22 мая 1919 года части Ландесвера, собранные из немецких ополченцев, при поддержке белогвардейских частей князя Ливена, занимают Ригу. Современные «историки» Латвии, по какому-то странному стечению маразматических обстоятельств, совершенно не упоминают тот жуткий террор и резню, который развернули «освободители» в Риге. А ведь требовалось вырезать всех «неправильных латышей» и сочувствующих большевикам из числа тех, кто не поддержал демократические ценности просвещенной Европы. В итоге, только по самым скромным подсчетам, в городе было истреблено около 15 тысяч жителей, причем 4,5 тысячи было расстреляно в течение первых нескольких дней после взятия Риги. Убивали всех, кто попадался под руку. Вот тебе и «цивилизованная Европа» с ее демократическими ценностями...

 Примечательно, что только за первые пару недель «освободители» в одной только Риге убили народу больше, чем Сталин просто переселил с родины за несколько лет. Но траурные ленточки на флагах – почему-то исключительно по проделкам Сталина...

 Однако вскоре немцы опять показали Антанте свой тевтонский нрав. В начале июня под Цесисом встретились наступающие на встречу друг другу части Ландесвера и латышско-эстонские формирования, и эта встреча закончилась не феерическим братанием союзников, а реальными звездюлями с плавным переходом в полномасштабную междоусобную войну. Не трудно догадаться, что хорошо выученные немцы в первых же боестолкновениях сильно сократили численность местных белогвардейских банд, набранных из разного сброда. И снова, в стане западных кукловодов началась истерика с просьбами немедленно прекратить междоусобицу и продолжать организованное наступление на восток. Петроград должен быть разрушен!

 10 июня 1919 года в Цесисе даже собрали всех участников конфликта и при посредничестве американцев постановили эстонско-латышским войскам отступить на север, а немцам продолжать двигать на восток, в направлении границы России, и далее на Москву и Петроград. В общем, несмотря на то что переговоры зашли в тупик, стороны заключили временное перемирие, дабы не перебить друг друга. И только немцы снова решили заняться дальнейшей судьбой правительства пастора Ниедры и подарить ему свою, карманную «латышскую» армию (для этого часть немецкой «железной дивизии», укомплектованной на 100% немецкими головорезами из регулярной армии, назвали «латышским Ландесвером»). Ага! Вы догадались – случился очередной ход. Теперь – со стороны Антанты.

 15 июня 1919 года в Таллине глава военной миссии Антанты в Прибалтике английский генерал Гофф предъявляет командующему Балтийским немецким Ландесвером майору Флетчеру ультиматум, в котором требует вернуть смещённое в результате показушного «переворота в Либаве» правительство Ульманиса и отвести войска из Вендена (ныне Цесиса – вы же понимаете: Ригу у большевиков отбили, пора опять сажать Карлиса на трон). Сказать, что немцы очень обиделись, ничего не сказать! Но ультиматум молча выполнили, практически сразу приступив к подготовке очередной уже подставы со сменой власти. Уж очень не хотелось немцам отдавать свои исторические земли в руки англичан или русских.

 Но как это грамотно сделать, не вступая в конфликт с Антантой, всё время качающей права и влезающей в дела немцев? Для этого требовалось вновь всё изобразить как очередную борьбу неких ополченцев, якобы сражающихся совершенно самостоятельно за идею, но... при материальной поддержке немцев. 

Таких ограничений в пунктах взаимного перемирия не было, и немцы вдруг вспомнили про туз в рукаве. Да! Он самый, авантюрист «князь» Бермондт-Авалов! К тому же теперь «санкционная», как сказали бы сегодня, блокада снабжения немецких войск морем была снята, и, решив проблему со снабжением, немцам можно было спокойно начать свою игру.

 Для справки: 29 июня 1919 года правитель всея Латвии – Ниедра бежал за границу. И – в 1924 году на свою голову вернулся в Латвию, где был арестован и показательно осуждён за... непонятно почему – за «сотрудничество с Бермондтом-Аваловым». Правда, на втором судебном заседании его грубо сфабрикованное хуторянами дело развалилось, однако два года он всё равно отсидел, после чего его выслали из страны. На некоторое время пастор осел в восточной Пруссии. Вернулся он с наступающими немцами в 1941 году. Скончался в 1942-м, похоронен на Лесном кладбище в Риге...

Теперь, когда немцы сделали своё дело, настало время крепко ухватить за помидоры и самого Ульманиса, начинавшего уже понемногу наглеть и позволять себе заявления, недопустимые для жалкого колониального вождя аборигенов. Для этого у англичан снова всплыл план в качестве политического противовеса в министерскую шарагу Ульманиса «подселить» и тех самых местных немецких баронов (всего их будет три). И вот, по требованию Антанты, только что восстановленное распоряжением Гофа от 27 июня правительство Ульманиса унизительно отправляется в отставку уже 30 июня.

 Видишь ли, Карл... правительство типа-независимого типа-государства нафиг уволили англичане! Я фигею, дорогая редакция! Вас еще тянет шляться с факелами 18 ноября и целовать асфальт у Памятника свободы? Ну-ну...

 14 июля 1919 года в Либаве под присмотром новых хозяев переметнувшийся от немцев к англичанам и американцам Карлис Ульманис формирует «новое» временное правительство Латвии. Примечательно, что его новый кабинет министров в «лучших традициях» западной демократии на этот раз целиком составлен лично руководителем американской миссии Гофом. Разумеется, вся эта компания бесправных фриков, как и в случае с проделками немца Виннига, просто послушно пожала плечами и согласилась на все эротические предложения от своих хозяев. Вы спросите, а зачем англосаксы, так публично и дерзко унизили Ульманиса, разогнали нафиг его шарагу, а затем разрешили ему «попробовать еще разок», демонстративно притащив в кабинет министров немецких баронов?

 Да! Сделано это было, чтобы держать в узде местных царьков, которые должны слушаться хозяина и голову без разрешения не поднимать. Им дали понять, что они тут никто и звать их никак. Шантаж был не шуточный, а дело вот в чём. Население-то так и осталось с исключительными симпатиями к большевикам, и вновь усаженный в Риге «правитель» Ульманис должен был послушно ходить по струнке, поскольку очередное народное восстание без всякого суда посадит его на кол посреди Ратушной площади и бежать будет уже некуда, ведь немцев он предал, англичан и американцев – кинул (это, кстати, хорошо объясняет, почему он потом, в 1939 году, удрал прямиком к русским, устроившись в колхоз обычным неприметным агрономом). Положение нашего народно-любимого правителя было настолько шатким, что французский военный атташе в Швеции в своей докладной записке от 3 августа неоднозначно указывает, что в случае если в самое ближайшее время Ульманис не получит оружие, деньги и снаряжение, обещанное англичанами, то уже к 15 августа он будет сметен народными массами.

 С момента своего исторического формирования этнос латышей здорово хлебнул лиха от всевозможных колонизаторов, и, разумеется, рассматриваемый нами период «обретения независимости и государственности» не стал исключением.

 После того как большевиков выбили из Латвии, началась обычная для западных колонистов дрессировка аборигенного населения, и по всей территории Латвии нормой стали масштабные карательные экспедиции, дабы батогами и пулями выбить из местного населения дух непокорности хозяину. Расстрел полагался за любую провинность. Даже проправительственная газета «Социалдемократс» отмечает, что такой уровень террора населения – явный перебор. К примеру, в номере от 30 июля по сообщениям корреспондентов описываются жуткие итоги карательных мероприятии в Валмиерской области, где плётками были забиты почти все батраки нескольких деревень, схваченные в случайном порядке.

 Акцентирую еще раз – то, что называлось Латвией, не было государством, никогда в истории не обладало суверенитетом, толковой собственной армией и уж тем более не выглядело невинной овечкой перед кровожадной «Рашкой» – так, как это сегодня пытаются вывернуть не слишком мозговитые латвийские пропагандоны. В перерывах между очередными вынужденными присоединениями к России это всегда был плацдарм для нападения на нее...

Это была демографически, экономически и промышленно опустошенная территория агрессивного лимитрофа, на которой организован плацдарм для военного удара по европейской части России.

Кому интересно, для полноты впечатления могут прочесть пункты «конструктивного плана», предложенного главой американской миссии в Прибалтике Грина, изложенные в меморандуме генеральному секретарю американской «мирной» делегации в Париже господину Грю от 30 июня 1919 года. Чёрным по белому изложена концепция оказания военно-материальной помощи на основании выгодного стратегического положения в качестве выгодного плацдарма для грядущего наступления на Петроградском фронте.

 Итак, продолжим. Дабы народные массы не смели правителя Латвиджи, в порты потянулись караваны с американским оружием с французских складов (на сумму почти в 2,6 миллиона долларов), а по линии различных американских организации вроде АРА и Красного креста пошло продовольствие. Сегодня это любят трактовать как якобы безвозмездную помощь молодому государству от наших благородных друзей, но – нам опять бессовестно врут... бессовестно и нагло, забывая добавить то, что эта «помощь» окончательно загнала Ульманиса в неоплатные астрономические долги.

Немного забегая вперёд, позволю себе напомнить, что Англия в качестве «гуманитарки» измученной многолетней войной стране «дружески» поставила в октябре 1919 года 28 орудии, 18 600 винтовок, 124 пулемёта, 30 тысяч снарядов и 10 млн. патронов на общую сумму 2,3 млн фунтов стерлингов. Франция не осталась в стороне и тоже притащила военного барахла на сумму в 20 млн. франков. Под руководством английского генерала Берта и целой команды инструкторов Британской армии из послушных местных аборигенов попытались сделать жалкое подобие национальной армии. После чего на скорую руку подготовленных к сражениям под руководством английских командиров новобранцев тут же перебрасывали на восточную линию фронта, принимать участие в изматывающих военных операциях и провокациях против Красной армии. Накачка оружием шла по всем направлениям. Понятно, что с такими хозяевами никакого мира и процветания на этой земле быть не могло!

К слову, в старых колониальных традициях, англичане чувствовали себя полноправными хозяевами их новых владений. Так, к примеру, гражданским губернатором Риги стал английский подполковник Таллентс (да, тот самый, что присматривал за агентом Ульманисом в Либаве), военным губернатором – американский подполковник Доули, а начальником Либавского гарнизона – английский подполковник Робинсон. Все говорило, что они тут если не навсегда, то очень надолго. Всю колониальную идиллию опять испортили немцы. Теперь мяч был снова на их стороне.

 5 сентября 1919 года обиженные немцы начинают реализовывать новый план, и Западный добровольческий корпус генерала Бермондта-Авалова формально переименовывают в Западную добровольческую армию и к белогвардейскому сброду, собранному по лагерям военнопленных, начинают снова, понемногу добавлять «мирных немецких добровольцев», попутно накачивая армию немецким оружием. Чисто формально регулярных частей немецкой армии там не было, а следовательно, никаких претензий в нарушении мирного договора немцы не принимали.

 Про личность Бермондта-Авалова, конечно, очень хотелось бы рассказать отдельно, поскольку это комедийный персонаж, достойный отдельного повествования. Избалованный самозванец, в какой-то момент, видимо, решивший, что немцы ему прочат российский трон, на радостях окончательно съехал с катушек, раздавая направо и налево дворянские титулы и устраивая в Митаве помпезные балы, на которых при его появлении все падали ниц и на коленях, крестясь на широкую руку, пели «Боже, царя храни». Царя-храни! Карл! Вскоре дело дошло до того, что он начал печатать собственные деньги – «оккупационные марки». И вот такого колоритного персонажа немцы решили попользовать в своих целях, разрешая ему чудачить у себя в тылу, как ему заблагорассудится.

 

 10 оккупационных марок – деньги, которые печатал самодур Бермондт-Авалов. 

Ну а теперь давайте подробно рассмотрим мифический баян про 11 ноября и «день Лачплесиса», раз уж дошли до этой «памятной» даты.

 20 сентября 1919 года, Бермондт-Авалов торжественно объявляет себя главой всея Прибалтики и единственно наделенным всей полнотой власти. Да, вы правы, если, предчувствуя хохму, начали улыбаться – у нас-таки опять образовалось очередное «законное» правительство! При этом забавно, что оба «правителя» (Ульманис и Бермондт) одновременно и в буквальном смысле находятся в гостях, на оккупированной немцами территории. При этом один из них гостит в доме англичан, второй не вылезает из штаба немцев.

Сразу хочу обратить ваше внимание, что современное псевдоисторическое мифотворчество придворных латвийских «историков» преподносит поход Бермондта-Авалова как вероломную попытку отобрать свободу у гордого латышского народа. Именно эта версия старательно реплицируется во время каждого ежегодного шабаша по случаю так называемого Дня Лачплесиса. Ну... я думаю, вы уже поняли – на самом деле ничего подобного и близко не было.

Нельзя отобрать свободу, которой нет, и посягнуть на суверенитет, которого не существует. Как нельзя изменить «государственный строй» вымышленного государства, которого в 1919 году попросту не существовало даже в эскизе! Если куда и собирался Авалов, то точно не в Ригу за суверенитетом.

А дело было вот как.

 26 августа 1919 года страны Антанты провели совещание, на котором приняли решение о начале наступления общим фронтом на Европейскую часть России. По сути, это была реваншистская попытка массированной военной агрессии стран Запада на никого из соседей не трогавшую Советскую Россию. В этой паршивой затее «маленькая и мирная Латвия» (как нам уже 27 лет подряд плетут на уши) полноправно выступала в качестве сопредельной страны-агрессора и военного плацдарма. Итак, по предложению самого миролюбивого в мире Уинстона Черчилля, все фронты «от Нарвы до Днестра» были строго распределены между участниками очередного рейдерского похода на ослабленную войной и революциями Русь и находились под централизованным командованием США и Англии. Именно это вам и не рассказывают местные историки, поскольку это обстоятельство сильно меняет романтический сценарии как их так называемой «освободительной войны», так и «битвы за Ригу» от мифических захватчиков во главе с Бермондтом-Аваловым.

 Разумеется, на стороне коалиции агрессоров (там были не только страны Антанты) планировалось задействовать и значительные силы немцев, которые нарочито и под разными флагами и предлогами удерживались на территории Латвии и должны были на правах штрафников, проигравших Первую мировую, шагать впереди штурмовых батальонов на Москву и Петроград. Страшно представить, что было бы, если бы эти планы были реализованы, тем не менее всеобщее наступление «четырнадцати стран» было запланировано на 15 сентября 1919 года. Правым флангом общего фронта, на котором должны были выступать аборигенские карликовые армии поляков, литовцев и латышей, командовал британский генерал Берт. Как вы понимаете, тот самый чудаковатый Бермондт-Авалов должен был рваться на Москву в передовых шеренгах немецких частей, поскольку, как я уже упоминал, он всерьез полагал, что немцы усадят его на Российский трон в качестве очередного Императора.

 И вы представляете, все эти гениальные планы тотального разгрома Советской России сорвал... хуторской придурок Ульманис! Удивлены? Объясню.

 Как я уже рассказывал ранее, положение его было невероятно шатким, и он предвидя чем все закончится, в тот же день, 26 августа, на встрече с заместителем главы межсоюзнической военной миссии в Прибалтике английским генералом Маршем прямо заявил, что если он отпустит в поход на восток немногочисленные части «латышской армии», а 50-тысячное войско Бермондта, согласно планам англичан, должно идти на Даугавпилс через Ригу, то он, оставшись вообще без армии, потеряет власть – либо в ходе народного восстания, либо его опять скинут немцы, на этот раз руками Бермондта. Короче, он категорически отказался пропускать Бермондта через Ригу, как и отпускать свою «армию» в поход на восток.

 

Представители американской миссии,
приехавшие в Митаву (Елгаву) на переговоры с Бермондтом.

 Англичане тут же приступили к урегулированию междусобойчика двух колониальных вождей племен и, как всегда, с ходу опять накосячили. Урегулировать «межплеменную рознь» подрядился руководитель английской миссии в Прибалтике Таллентс. Он с энтузиазмом отправился к Бермондту с просьбой подписать и опубликовать открытое заявление, текст которого сводится к тому, что, дескать, Бермондт целиком признает легитимное правительство Ульманиса и обязуется не оставаться на территории Латвии дольше, чем это будет необходимо.

Формально для немецкого генштаба это означало «подставу», то есть признание существования Латвии как (условного) государства, что в один миг ставило под удар законность дислокации немецкой армии. 

Разумеется, после консультации с немцами Бермондт категорически отказался подписывать эту хрень и послал Таллентса с его заявлением подальше, заодно обвинив Ульманиса, и вообще отказался принимать участие в предстоящем общем наступлении на Россию.

 Это был реальный крах... 50 тысячное войско Бермондта, 18,5 тысяч Юденича (в Эстонии), и «Латвийская армия» (которую не отпустил Ульманис) в один день вдруг вывалились из оперативного актива наступательной операции. Представляете, 78 с половиной тысяч человек, обученные и вооруженные, в одночасье вышли из масштабной военной операции! Командующий левым флангом, английский генерал Бэрт бился в истерике, но сделать ничего не мог. Организатор «наступления 14 государств», известный «миротворец» Черчилль был вынужден признать, что его гениальный план атаки на Россию с треском провалился.

Так что тот, кто сегодня уверяет, что козни злых англосаксов – это не больше, чем модный миф «ватников», – просто необразованный лопух. Латвия – активная участница спланированной англосаксонскими гопниками агрессии на Советскую Россию, и не случилась она лишь благодаря дяде Карлису У.

Ну, а теперь давайте перейдём к мифу о «героической борьбе латышского народа» и к обороне Риги.

Итак, немцы, дабы не участвовать в авантюрах Антанты, как я уже писал выше, большую часть своих войск заранее перевели в «частную» армию Бермондта, а сами, выслушав очередную ноту Антанты, на комиссии по перемирию, которая состоялась 27 сентября в городе Спа, вдруг снова делают феерический ход конем. 3 октября торжественно объявляют об эвакуации из Латвии немецких войск и отзывают командующего фон Гольца. Сказать, что такой гениальной подставы англичане от них не ждали, – ничего не сказать! Формально – немецкие войска так и остались в Латвии, просто поменяв немецкие кокарды на «русские», перейдя в «частную» армию самозваного барона Бермондта-Авалова. С другой стороны, больше никаких легальных механизмов давления на немецкий контингент у Антанты не осталось. Всё, закончилась халява! Был некий Бермондт, который исторический затесался на эти земли, и у которого была своя «личная» армия, к Германии никакого юридического отношения не имеющая. В общем, современным языком говоря, у Бермондта образовалась своя ЧВК – частная военная компания. Хочет – участвует, не хочет – не участвует. И никто ему не указ.

30 сентября штабом Бермондта был издан указ под названием «Блицшлаг» («молниеносный удар»), предполагающий удар по Риге. На следующий день в Елгаве собрались командующие, и им было объявлено о планах похода. Я уже в третий раз напомню читателю об упорно разыгрываемом немцами плане единого балтийского государства на территориях Латвии и Эстонии.

В общем-то, Бермондт рвался в Эстонию, где было необходимо свергнуть местное «правительство», но по дороге – заскочить в Ригу и напомнить лопуху Ульманису, кто тут всея Балтии государь и главный папа. Разумеется, в новом государстве Бермондта обещалась полная реституция пострадавшим от большевистских холопов немецким и русским помещикам и баронам, права автономии в составе России (он еще наивно полагал, что сам станет царем), но... без права содержания собственной армии.

В качестве главы гражданского правительства Бермондту пришло в голову усадить на трон недавно бежавшего в Германию пастора Ниедру из прошлого «законного» правительства Латвии. В общем, все было готово, и 8 октября войска двинулись в путь. Численность их была около 52 тысяч, и на 80 % состав их составляли этнические немцы.

 10 октября Бермондт подошел к Риге и послал Ульманису сообщение о том, что, дескать, великодушно готов заключить с ним перемирие, если Ульманис согласится принять участие в совместном походе на Советскую Россию. Тут я вынужден сосредоточить ваше внимание на том, что произошли какие-то невероятные метаморфозы, особенно учитывая всё то, что я изложил выше. Будьте внимательны.

США и Англия плевать хотели на карманного Ульманиса и желали запрячь армию Бермондта в «их общий» поход на Петроград – очевидно, что это было главной военно-политической целью стран Запада, а потому, к примеру, американцы категорически и на всех уровнях тут же настоятельно рекомендовали Ульманису принять великодушные условия Бермондта и рвануть с ним вместе на Петроград. Причем они явно закрыли глаза на то, что Бермондт фактически 8 октября начал войну против их верного сателлита — Латвии.

Уж больно велик был соблазн заполучить 50 тысяч штыков для похода на Советскую Россию. Логика, была проста: если в боях за Ригу местные ополченцы потреплют войско Бермондта, об удачном или скором походе на Москву и Петроград можно забыть, а это колонизаторов очень сильно не устраивало.

Тут, как и обещал, позволю себе небольшую ремарку про такого видного «латвийского военачальника», как Й. Земитанс. Чувырло это было реально нездоровое на голову и прославилось разве что своими садистскими и насильническими карательными операциями по Видземе и в Риге (в сентябре 1919). А вот в конце октября, когда его непонятно за что воспетая в одах националистов доблестная Видземская дивизия позорно разбежалась перед частями наступающего на Ригу Бермондта, карьере его настал предсказуемый конец.

Больше о нём при Ульманисе хорошими словами не вспоминали, и так было до 90-х годов прошлого столетия, когда какому-то национально озабоченному идиоту не пришло в голову переименовать улицу, мост и железнодорожную станцию его именем. Вот таков он, «латышский герой», убивший и замучивший более 10 тысяч человек мирного гражданского населения Латвии. Разумеется, в советское время, с точки зрения пропаганды было принято говорить, что расправлялся этот кровавый буржуй исключительно с «комсомольцами» и «коммунистами», но, скажем, весьма известная история с расстрелом группы заподозренных в симпатиях к большевикам девчонок в Валмиере говорит в пользу весьма сильных сомнений, что девочки-подростки в 13-17 лет могли вообще быть комсомольцами и составлять настолько серьезную боевую ячейку, что была необходимость их публично расстреливать (тогда военные отказались стрелять, и команду палачей пришлось набирать из полицейских).

В общем, что я хочу сказать – из садиста и убийцы Земитанса нам слепили «священного латышского героя». Так что, когда поедете по одноименному мосту в Риге, плюньте на землю, пусть в гробу ворочается, сволочь. 

Ну, а теперь вернёмся в события 10 ноября 1919 года. Итак, отношения Бермондта и правителя Латвиджы сильно обострились. 

И вот тут... Представляете себе! Ульманис второй раз спасает Россию от нашествия интервентов – он тупо из принципа отказывается от предложения Бермондта. Поняв, что дело – шляпа, и двух уязвленных вождей племени не примирить, переговорщики от Антанты потребовали от Бермондта, от греха подальше, обойти Ригу, отойти на юг и очистить занятый им левый берег Даугавы у Риги, спокойно продолжая свой «крестовый поход» на Москву. Разумеется, «верховный правитель Балтии» Бермондт-Авалов не мог себе позволить такой позорной уступки какому-то хуторянину и выскочке. Желая напомнить, кто в доме главный, а заодно показать свою недальновидность, английский адмирал в лучших колониальных традициях, посылает в штаб Бермондта офицера с категорическим ультиматумом – 15 октября к 12 часам дня освободить крепость Усть-Двинск и продолжить поход на Петроград. Разумеется, «верховный правитель Балтии» очень обиделся на такое к себе отношение, и началась феерическая битва, в которой корабли французского и английского флота поспособствовали переправе латышского ополчения на левый берег.

Форсированию реки предшествовала довольно ожесточенная артиллерийская дуэль, в ходе которой корабли Её Величества отчаянно лупили по позициям Бермондта и жилым кварталам на левом берегу Даугавы. Это продолжалось до тех пор, пока бравые кавалеристы Бермондта не умудрились пробраться в «слепую зону» и выкатив пушку прямо на берег, прямой наводкой закатали три снаряда в борт крейсера «Дракон», с ходу отправив девятерых английских матросов на встречу со Святым Петром. После этого «железного аргумента» подчиненные адмирала Вальтера Ковэна угомонились и отошли в Рижский залив.

А теперь внимательно рассмотрим важный момент, который, как и полагается, все последние 27 лет был умело перевернут с ног на голову. В официальном историческом мифотворчестве Латвии считается, что Ульманиса в обороне Риги всецело поддержал невероятно патриотический народ Латвии, якобы боровшийся за независимость. На эту тему даже сняли слезливую киноахинею в голливудском стиле – «Ригас сарги» («Стражи Риги»).

В реале же ситуация была критической. И вот почему.

Представьте: на Ригу движется хорошо вооруженная армия, численностью 50 тысяч человек. В Риге население еще отлично помнит, какую кровавую баню сотворили немцы в городе всего за 4 месяца до этого, в мае, учинив тотальный террор и расстрелы местного населения после взятия Риги. Тогдашний командующий фактически несуществующей латвийской армией генерал-майор Давид Симансон с начальником оперативного отдела его штаба капитаном Волдемаром Озолсом пытаются организовать городское ополчение, но дураков и желающих помогать оккупантам в городе – уже нет! Физически – нет! На этом катастрофическом фоне, представляете, будущий латвийский хэрой полковник Земитанс приказывает своей знаменитой доблестной Видземской дивизии прекратить всякое сопротивление и сдать Ригу. Офигевший от такого расклада, но весьма опытный Ульманис после этой новости резво собирает чемодан и готовится, сверкая пятками, рвать когти в сторону Цесиса.

Вот тут вы спросите – а как же тогда удалось отстоять город? Никогда не догадаетесь, если я не открою вам еще одну неудобную тайну современности.

Руководитель обороны Риги, генерал-майор Давид Симансон – это тот самый легендарный первый председатель красного Исколатстрела. (Помните самое начало статьи? – не занятые немцами территории Латвии, Валка – где провозгласили советское правительство.) Теперь можете догадаться, откуда в городе где четыре месяца подряд убивали всех без разбора, вдруг невесть откуда взялось 5 тысяч хорошо обученных «ополченцев»?

Откровенно говоря, тему участия красных латышских стрелков в боях за Ригу, я изучаю уже несколько лет. Какие-то факты об этом свидетельствующие уже найдены, но я бы не хотел преждевременно вводить вас в заблуждение. Пока это только смелое предположение, и будем считать, что город отстояли мифические «ополченцы».

Самое паршивое и кощунственное в современной версии истории то, что фактически организовавшие оборону города, настоящие герои Латвии – капитан Озолс, генерал Симансонс и генерал Мисиньш официально в ней вообще никак не фигурируют. Мало того, чтобы скрыть неудобную правду о роли красных стрелков, оборзевший Ульманис вскоре втихаря выгнал из армии всю троицу пробольшевистских командиров. А немецкого прислужника полковника Балодиса (да-да, того самого карателя, что в составе немецкого Ландесвера брал и затем утопил в крови Ригу в мае 1919-го), непонятно с какого перепою сделал национальным героем и помпезно произвел в генералы, учредив орден и день Лачплесиса.

Вот почему лично я терпеть не могу этот лицемерный шабаш мифологического Медведераздирателя – день 11 ноября. Ибо о настоящих героях даже не вспоминают!

Итак, продолжим. Потерпите, осталось совсем немного.

Обрадованные рижские ополченцы, опьянённые успехом, принялись преследовать отступающую в Курляндию немчуру. Однако, если вам представляется, что, согласно современному мифотворчеству, весь прогрессивный Запад был целиком на стороне «молодого и независимого государства», то вы дико ошибаетесь. Плевать они хотели на эту Латвию и на конфликт двух инфантильных остолопов, которых требовалось немедленно помирить и направить на Петроград и Москву.

Как вы понимаете, ни на какую свободу и государственность нации Бермондт не покушался. Ульманис в то время никого, кроме себя самого, не представлял, поскольку оказался правителем тоже по воле немцев, и его собственная власть и жизнь висели на волоске. Об этом свидетельствует и донесение главы американской миссии в Прибалтике О.Н. Солберта: «Правительство Ульманиса крайне слабо и не представляет латышский народ». 

Итак, хозяева усиленно мирят двух не поделивших песочницу карапузов, для чего немедленно создаётся военная комиссия, которую возглавляет французский генерал Ниссель. Начинают они с того, что выкатывают ультиматум Ульманису о прекращении преследования войск Бермондта. Выполнить это условие он попросту не мог – поскольку не оказывал на народное ополчение вообще никакого влияния. Народ и остатки красных стрелков самоорганизовались и вломили немцам грибов – самостоятельно. Правда, в современном мифотворчестве предпочитают это событие вывернуть так, будто возникла у латышского народа некая предпосылка героический раз и навсегда избавиться от 700-летнего немецкого гнета. Ржунимагу...

 

* * *

 

19 ноября 1919 года командующий германскими войсками в Прибалтике генерал Эбергардт отправил Ульманису извещение о перемирии и объявил о выводе немецких войск из Прибалтики. К концу ноября бывшие войска Бермондта окончательно покинули территорию Латвии.

 Власть незаконно созданного псевдогосударства, как мы знаем, осталась в руках узурпаторов во главе с Ульманисом, а законное и избранное народом правительство П. Стучки в силу ряда причин так и осталось на территории РСФСР. На этом, пожалуй, и завершим эту часть повествования.

 

Автор Владислав Гуща, инженер-электронщик (Великобритания)

С незначительными сокращениями.

 

 

Источник 1

Источник 2

 

Эту страницу просмотрели за все время 1033 раз(а) Следующая >>


Комментарии

ОтменитьДобавить комментарий